Форум выпускников КИИГА
Февраль 18, 2020, 01:38:14 *
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Новости: Не дай сайту засохнуть! http://kiiga.ru/?q=node/6
 
   Начало   Помощь Поиск Войти Регистрация  
Страниц: [1] 2 3 ... 29
  Печать  
Автор Тема: Бойцы  (Прочитано 116274 раз)
кольцовъ
Спонсоры
*****
Offline

Сообщений: 1011

Я люблю тебя, жисть...


« Ответ #421 : Февраль 13, 2020, 15:10:50 »

                        Чуть о добре, зле и хорошей музыке.
Зло любое любым видом зла никогда не излечится. Ибо излечить зло можно только добром...
Или так это, примерно выглядит. Вот ты идешь такой, весь добрый-предобрый такой. Ну, это, например, когда ты  идешь и про себя музыку такую хорошую слушаешь. Хорошую такую музыку, например в нашуниках. До того же хорошую, что на душе у тебя хорошо только, или хорошо очень и делается. И ты так идешь себе и идёшь, и эту свою музыку еще слушаешь. И ведь кругом, как и обычно полным полно разного рода зла.... Кругом его, как и обычно, ну просто ж навалено. А ты так идешь, и даже видишь всё это, но как будто бы не замечаешь.... А замечать склонен наоборот всё только хорошее. И ты замечаешь это хорошее, и оно тебя и еще больше радует.
Нет, ты все вообще замечаешь, конечно. Но, только же ты музыку же свою слушаешь, а музыка эта ну до того же хорошая, что и злобное всякое, даже если ты с ним  и сталкиваешься, то оно как-то как будто бы не задевает тебя. Оно продолжает здесь же, где оно есть и находиться и далее... И ты видишь это, но ты как бы над этим что ли как будто бы пролетаешь. И злобность эту ты не задеваешь, ты ей не мараешься. Ты не заболеваешь ею... А вот хорошее же, то наоборот – тебя оно радует, и даже если совсем не много его, такого. А все потому, что настроение у тебя, там внутри тебя очень хорошее. Ведь ты  же музыку слушаешь свою, а она очень хорошая. И она тебе нравится. И ведь это же она и не пропускает внутрь тебя всякое зло и то, что тебя непременно, не будь этой музыки, ранило бы. Зацепило бы, и замараться заставило. А тут нет, - у зла этого сие не получается. – У зла ведь нет никакой над добром власти. И ты не зацепляешься, ты не раздражаешься... Идёшь просто и свою хорошую музыку слушаешь. И настроение очень хорошее. От зла защита просто таки пуленепробиваемая, - вот какая от него есть эта защита.
А хоть бы и взять если ты, например, в очереди стоишь, и при этом очень торопишься. А очередь эта всё никак не продвигается. И ты уже давно бы вскипел, а то и не один уже раз... Ты зашипел бы, и ты даже мог заорать бы... И заорать же не совсем хорошими даже словами, душу любую совершенно не греющими. И таких примеров вокруг есть великое множество. Но, если музыка внутри тебя есть хорошая, то ты стоишь так себе... И ты ведь же точно так же торопишься. Но ты только в соединении с этой, очень хорошей такой, музыкой, а это соединение для  любой злобности и есть пуленепробиваемое. И ты глядишь на орущих... – Мама ты моя дорогая, - они же чуть ли не готовы перегрызть глотки друг дружке. Или словно бы  волосы у себя выдирают на не самых красивых местах – до того нехорошо им..., до того ж им и не ловко. – Вот ведь как они чрезвычайно торопятся.  Но, а и что из этого? В том плане, - если  они даже и выдерут их полностью на этих, все тех же не самых красивых местах... В том плане, что начисто или  наголо они их вырвут, то и от этого же не станет время как-то по другому идти. И уж тем более оно назад не пойдет, в смысле - в обратную сторону. И очень смешно наблюдать за такими волос выщипывающими. А ведь же их кругом очень много.
Или ты так очень-очень старался купить каких ни будь, ну, например, пряников. И ты так старался весь, аж неимоверно старался. И ты так локтями других оттопыривал.., вспотел ты от такового старания и напряжения сил своих.... И ты орал благим матом на своих сотоварищи. Ведь ты так очень боялся не успеть купить этих пряников. А купить ты их ну до того же сильно хотел. И.... И что? И что из того?
А из того то только, что ты их или купил, или ты их не купил. – Вот и всё, собственно. И земля совсем не сошла со своей орбиты, и вообще ничегошеньки не изменилось. И оно, это все, не изменилось бы, если бы произошло наоборот, то есть обратное. То есть ты не купил бы их, или купил бы их ты... – И всех-то делов.
И вот точно так же, когда у тебя, внутри тебя как бы, играет эта, такая приятная музыка. Ты еще не купил никаких пряников, но ты их хочешь купить. Но с музыкой этой любые пряники совсем не главное. Главное ведь – это все ж таки – музыка. И благодаря только музыке этой, и всему, что с этой музыкой связанно, ты совершенно четко понимаешь, что купишь ты их, или ты их не купишь – для музыки это не будет иметь никакого практического и принципиального значения.
И все кто не понимает об этих пряниках  – это ж больные люди. Жаль их. И над больными этими, как и над любыми иными больными смеяться грешно (цитата из «Кавказской пленницы» Л. Гайдая).
И ты иной раз так тоже поглядишь в зеркало.... И если увидишь, что у того кто там перед тобой туда смотрится музыки нет никакой, - то это и есть инвалид точно такой же. Или человек малость, а толи и слишком больной...
Или вот люди инвалидами называть склонны таких, ярко что ли людей ущемленных физически. Пусть это будет таки человек без ноги. И сие совершенно же правильно. Но человек ведь это же не только физика. А ведь же это еще и «музыка». Ведь же что толку с «быка», например, какого ни будь, или медведя, лося сохатого или оленя, пусть и очень сильного? Особенно же если в них мало, или совсем нет ничего человеческого?  Или что толку в не инвалиде, и физически хорошо развитом, если он, например из пистолета Макарова по тебе стрелять норовит? Особенно же из соображений обычной злобности. И что толку с красивейшего профиля овала лица его если стреляет он по тебе из пулемета системы «Максим», охваченный какой-то звериной музыкой? Или, говоря проще, - отсутствием человеческой музыки.
- Чего, чего человеческого? – Так а все той же музыки... Или чего же ещё?
В одних людях играет такая музыка, в других же не играет она, или играет совсем другая. А в некоторых такое играет, что на много бы лучше было для всех если бы они были, а хоть бы и теми же быками и лосями сохатыми. – Вот оно какое дело, брат, эта музыка.
Или такое еще, например. Один бык лосю надавал по рогам. Среди зверей нет, конечно, но среди людей это такое очень даже возможно. Да все за их же, за сугубо звериное, или нечеловеческое. А тот, естественным образом ему решает обратно и еще аж больше отдать. Тогда он собирает собратьев своих под свои знамена и с этим наиблагороднейшим помыслом идет искать обидчика своего. И они воздают ему почести. А тот тогда, после уже того как слегка выздоравливает или боится к ним снова идти за справедливостью, и не идёт, а только вонь распространять норовит. Или же сил поднакопит, соберет своих соплеменников (душою за него очень больных) и туда же – за справедливостью... И все под музыку, конечно же под соответствующую.
А ты, со своей музыкой если идешь рядом и видишь это дело такое, совершенно же точно тогда понимаешь, что путь их никуда не ведет... Ибо не ведет ни к чему хорошему эта их нехорошая музыка. А это и по лицам таких идущих очень даже не сложно понять. Ведь с искривленным от злобы лицом ни во что кроме этой злобы не вляпаться.
И ты даже можешь сказать им: Эй, ребятёнки вы мои дорогие, инвалиды, конечно же безпробудные, послушайте же и вы какая может быть только музыка...И свою музыку им улыбчивую даешь послушать....  и музыкальную, и музыкальнейшую... добрую то есть и очень хорошую.
А уже их дело дальше – слушать ли свою продолжать или тебе шею намылить, чтоб не ходил и не смущал их, с их искривленным от гнева лицом, инвалидов душевных своей хорошей и улыбчивой музыкой. Очень хорошею музыкой.
А из того, что если они тебе шею намылили, а ты вдруг да и подхватился их музыку слушать.... А то и аж затанцевал вместе с ними под их, под их нехорошую музыку, - так ведь же с этого совсем толку не будет. А с этого вред один только и будет. Потому как нельзя злом ничего излечить, даже злобного. Злом зло не победить. Злом зло только преумножить возможно.
И это завсегда и очень ясно, когда ты музыку слушать умеешь. Хорошую такую, или даже очень хорошую.
 Стоишь так себе... в этой очереди... пусть даже и не за пряниками... Слушаешь её... и улыбаешься...
Ведь для любой злобы – это дело (музыка хорошая и улыбка) просто таки пуленепробиваемое. – Вот это дело какое. А очередь что? – А таки вся наша жизнь – это и есть эта очередь... Где над больными смеяться грешно должно быть. И таки слушать стараться только хорошую музыку.

И тут вот же еще, что самое главное. – Главное – это как раз таки музыка. Если она, конечно, хорошая. И главное, что музыка может быть и не из наушников. И, что уже приходил такой очень хороший тип, и говорил всем, рога друг дружке ломающим и волос усердно рвущим как и чего делать надо им, а чего им делать совсем не следует. И жалел ведь Он этих всех как инвалидов. Только одно есть большое различие с инвалидами, - инвалидность-то наша, она добровольная. А товарищ тот так на кресте и погиб. Загинул то есть за нас он, и для нас он... То есть же Он это... который и есть Великая музыка и настоящая.
12,02,20

Записан

Прощайте и Здравствуйте, люди добрыя!...
кольцовъ
Спонсоры
*****
Offline

Сообщений: 1011

Я люблю тебя, жисть...


« Ответ #420 : Февраль 04, 2020, 16:59:25 »

П.С. Так, тоже для информации. Или за часть за практическую (пару фраз), хотя и пользительную.
Тут ведь вот как поступить можно, делюсь ибо не жалко мне. – Можно завести у себя в бюджете любом статью такую «на благотворительность» или «на благодарность» или «нуждающимся» или назовите сие как вам будет угодно. И пусть это будет совсем даже в размерах статья не большая, но должна она быть постоянная (пусть ежемесячная). Так вы и приучитесь Благо дарить... И если, к примеру, в одном из месяцев вы этот её бюджет не израсходовали (не было времени, забыли, не дошли ваши руки и т.п), то в следующем это обязательно надо наверстать будет. Ведь же статья уже заложена... Пусть это будет пятьдесят или хоть тридцать рублей – делайте это, и вы далее сами всё и очень красиво увидите. Лишь предостерегу вас от ошибки – разовое пожертвование в виде суммы превышающей, например, годовой размер этой статьи чуда не произведёт. (или трудней так этого чуда достигнуть). Ибо будет это больше походить на откуп. – Вот, мол, же я откупился... и дал.... и закрыл этим самым все свои обязательства.... Или того хуже если мысль такая придет, что дал и так на много больше чем некоторые многие... – Это будут не благоприятные мысли... Не благо-приятные – да вы ж только вслушайтесь в слова эти... (благодарность, благоприятное, благодать, благородство, благодарение). Ведь же в словах этих всё и так уже, и на много больше чем сказано. – Туда уже благодать (благо дать) эта вложена. Так прикоснитесь и вы к этой радости. К этой великой и торжественной радости. И достойными станете и вы любой благодарности. Только делать все это надобно искренне... По крайней мере не за ради какой либо «галочки». Да вы только всё это начните... Прикоснитесь только к этому чуду неимоверному и очень хорошему.
Добавлю еще на всякий случай – уже, хотя и не так давно мной это очень как сильно замечено.

Или такой тоже ход мыслей (очень распространенный);    Ага, значится так.. это к примеру пийсят рублей... Ага, а значится в год – это уже будет шыссот аж! А за десять лет щитай аж цельных шэсь тысящ!!!!  - Но, это же взгляд распространенный только. Так взглянуть на сие можно же ведь и под другим «углом» (наклона ли, зрения ли...). – Так это же я, практически же ничего не потративши, а уже вона на сколько (!!! на таку неимовернейшу сумму (!) словно на высоту немыслиму таку возвысился (!!!!)... при том, практически же почти ничего не затрачивая) – и такой ход мыслей более что ли пользительный. Или кто нибудь, всенепременно же когда ни будь скажет, или хоть бы так сможет сказать про вас: Э-э-э, брат, да ты, погляди ка  ты, это ты вона где уже оказался за эти десять.... иль двадцать, а то и все пятьдесят лет твоих!!!! И это аж вона где!!!! А может и не сказать такового... Или сказать так: Так а ты же нисколько благ и не подарил.... То есть не благо дарным оказался товарищем... Или дарил, но только твердо зная куда, кому и зачем. А это уже не дар, а это продажа, или обмен, и скорей всего на блага аналогичные.

Ну, да и альтернатива, однако, тоже имеется... – Это вот так же сидеть, про всё подобное рассуждая, по своей собственной версии очень здраво... и, что естественно, ничего в этом плане не делать... С такими же практичными словами «а чё я?», или «а чё я-то?» или тому подобными, и тоже правильными. А только тогда и будет дальше идти как оно уже и идёт. В вас, разумеется, в тех, которые неблагодарные.
И коли хотите чтоб так – то так и будет.

04,02,20
« Последнее редактирование: Февраль 04, 2020, 17:07:09 от кольцовъ » Записан

Прощайте и Здравствуйте, люди добрыя!...
кольцовъ
Спонсоры
*****
Offline

Сообщений: 1011

Я люблю тебя, жисть...


« Ответ #419 : Февраль 04, 2020, 16:58:38 »

Свинья, которая неблагодарная.

Это же ведь вона оно какое дело-то  получается, вседорогие вы мои товарищи. - Это же ведь всем и давно уже ясно должно быть, что есть выражение такое «свинья, дескать, не благодарная», и что оно неспроста. То есть – не на ровном месте оно, должно быть, возникло. И так же должно быть ясно всем, что уже коли есть таковое сочетание слов, то и смысл в этом сочетании тоже быть просто обязан таки. И если чуть да заглубиться сюда же, тогда и то должно стать понятным, что коли уже нет благодарности если – то это и есть черта всенепременно именно свинская. И да простят меня пусть настоящие свиньи, ибо за ними вряд ли можно пронаблюдать такие черты жуткие, сугубо черты человеческие.
Или так ещё можно зайти для понимания пущего: Или ты благодарен, и то есть ты благо даришь (что обязательно означает – даришь блага любые кому-то) или свинья ты, неблагодарная. Однако, как-то так получается. И по мне так – это верно же абсолютно. Или – верность такая, что ли наивернейшая.
И добавить-то, собственно, уже больше и нечего..., разве вот посмаковать если... И чем смакование не благодарность такая-же? Вот и айда сюда, и посмакуем же еще малость вместе со мной...

Смакуем: Так вот вроде бы тут иной раз даже скажет иной (неблагодарный): А таки за что же благодарить-то, или кого мне благодарить, собственно? Или, тем более, что живу-то я, (такой весь хороший) не так, как мне это (такому хорошему) хочется, а то и даже хуже ещё (а я жеж весь вона прям какой шибко такой очень хороший)... – Но, таки это уже нюансы, ведь вопросы эти – это вообще-то вопросы, и к благодарности как таковой отношение если и имеющие, то весьма отдаленное. Дали тебе, однако, силы, здоровье, возможность видеть, слышать, ощущать прекрасное и менее прекрасное. – Вот ты и будь за это хоть бы и благодарным. Или не будь ты уже свиньёй просто, хотя бы так. То есть, если ты не свинья, то ты всегда и неизменно радуйся... и благо дари.
Ну, и если уже совсем не терпится таковому узнать кого же благодарить ему, - так а ты того и благодари, кто тебе дал всё это... Да такому ещё, не благодарному. И, пожалуй, что зря таки дал, раз уже такая от тебя неблагодарность лютая проистекает только. Раз ты дару этому совсем не радуешься.

Или вот раньше партию народ очень благодарить старался. Ну, до того же и радовался народ этот, что партия, значит, светит ему и его же и греет (а толи согревает, обогревает, перегревает, прогревает, или нагревает, что наиболее вероятно), что хлопал в ладоши народ этот совсем нисколько не уставая, и не жалея ладоней этих. Однако, и ушами своими народ этот тоже, ну очень как сильно хлопал. – Это когда партия рассказывала ему, как она об нём очень уж сильно и неустанно, и безперебойно заботится. И хлопал аж стоя народ этот (в ладоши и ушами)... Овации в этой связи переходили в бурные и несмолкаемые. – Вот до чего народ благодарил эту партию! А именно же – народ свиньёю не был. Правда все меньше и меньше верил он в эту лапшу... А еще писать норовил народ на всём подряд, мол «Слава великой партии!» (слава кппсс!... там, всякое... слава в веках!... всегда, мол,  будет жить!... жил, жив и будет жить!... – оно, учение Его,  истинное потому как оно неизгладимо верное... и т.п. и за это и слава ему, то есть же – всему этому). Однако же, благодарили... И доблагодарились. Или не благодарили? А все потому, видимо, что слова-то были хорошие, а смысла в них особенно не было... Не было смысла особенного. Или был смысл по началу, а потом как-то весь взял да и выветрился. А когда сути нет, то сколько ты слов не нагромозди, а она (суть) все равно не появится.
Тут это к тому я так замарал бумагу эту, чтобы ты сам взял да и подумал, товарищ, кого за что и зачем благодарить надобно. Ну, или оставаться слыть свиньёй неблагодарною.
А ребятенок некоторый скажет, губки даже слегка иной раз свои искривив недовольно: За что же, мол, мне родителей своих благодарить? Они же вон мне и того и того-то не додали... обидели еще в лучших чувствах в детстве, к иным моим просьбам оставшись безучастными... и даже родили меня здесь где-то, а не там где ни будь (где на много лучше, чище, и «игрушек» больше). – Словом не дали мне много они, а вот если бы дали бы... много бы дали бы, но еще лучше – это совсем уже если много, то я бы и благодарил тогда... а так – нет... Так – мне благодарить их просто же не за что...
А если и благодарит кто-то, то и тоже пусть малость подумает, а не много ли он это... благодарит?
Ну, и вообще я завсегда за то ратую, чего бы не говорил где и кому, что думать надобно больше вседорогие вы мои сотоварищи... Ну, вот еще и благодарить разве тоже... И думать кого и за что... И думать больше. И благодарить... А думать же – это вообще и завсегда очень полезно. И благодарить тоже – ну, очень полезно же... Словом – думать и благодарить... И всё словом. Ибо же вначале всегда это... СЛОВО и было и будет...
Не то прослывем свиньями неблагодарными.
Только вы чего-то там не подумайте лишнего, и разоблачительного иль обличительного с моей стороны, что еще  хуже на много, ибо всегда я почти про себя и пишу.
Записан

Прощайте и Здравствуйте, люди добрыя!...
кольцовъ
Спонсоры
*****
Offline

Сообщений: 1011

Я люблю тебя, жисть...


« Ответ #418 : Январь 22, 2020, 09:08:55 »

Однако, есть еще интереснейший феномен из культурной жизни одной очень культурной из барышень. Про её тоже смущения знойные. И не знаю даже кто она такая, как её зовут, ибо не интересна она мне такая смущенная (и феноменальная) нисколечко. Знаю только, что очень неординарная, глупая (в одном из аспектов уж точно), и где-то в высотах власти сидящая.  Так вот, её, как очень высоко сидящую, по её мнению очень культурную и развитую даму, очень смущает, что покрывать голову в православных храмах положено женщинам. – Прям за живое задевает её такое неравенство, и аж оно её прям распирает, и даже выбешивает.  Она то есть от этого прям бесится аж вся и негодует отчаянно. И она тут кичится особенно и про права гражданские, - чтоб были дескать совершенно у всех одинаковыми;  И про дискриминацию и разную иную тому подобную чушь, её в этом ключе очень волнующую. – Просто ж бесится, и истерит..., до того негодует.
– Как это я, - говорит она раздраженно,  - полноценная и равноправная вся из себя женщина с большой буквы «Жэ» буду платок еще надевать на себя, когда я его не хочу может быть на себя надевать?!!! И мне плевать, что у вас там (у них там, да, собственно, у кого угодно там) так надо, и что так у вас там положено!!! - И почему это я не могу быть патриархом, вообще!!!??? Когда у нас равноправие и т.п.!!! – И мы ж ведь культурное общество! – И это сильно щемит права мои сугубо гражданские!
- Ну, что тут сказать уже? – дура, она же и есть дура..., - вот и всё, собственно, что об этом и можно сказать. Но, так-то – барышня очень высокого полета, высокого культурного уровня, и с образованием, и с таким порывом идейным, и целеустремленная такая..., ажно чрезмерно. Вот дура только, а так... – А так – хорошо всё. И ей объясняют, стараются... А она не понимает. – Не хочет, вот и не понимает. А толи и  хочет, да не получается. Плохо только, что и у таковых тоже ведь кто-то да учится.
Или, глупо, но все же сказать было можно было бы таким так (за равноправие): Так, а чего же ты, прекрасная барышня, родилась-то девочкой. – Надо было тебе родиться мальчиком да и всё. Или того лучше еще – мальчико-девочкой. Кто же тебе этого не давал сделать? Ты ж  ведь же сама родилась-то?! Или айда еще так зайдём: а ты вот родись-ка обратно, а затем родись еще раз, но только уже с другим полом. А заодно и национальность сразу же сменишь, место рождения, партийность возможно, ну и всё, что тебя не устраивает здесь заодно тоже смени.
Или есть еще такие из женщин, которые в спорт (спор) мужской лезть норовят. С словами «Дык..., а мы же равны все!!!». Ну, таки вы тогда и выступайте с мужчинами, например в боксе. И в других боевых видах спорта с ними же. - А, и чего? Ну, вы ж ведь за равенство. Вы ведь равны со всеми мужчинами. Вот вы и деритесь не между собой, а сразу со равными вам мужиками. Вы и щетину себе отпустите, оволосение на груди и иных частях тела, пропив каких ни будь там таблеток жестоких (как это многие из вас уже, кстати (но, совершенно не кстати) и давно уже делают.  И возможно тогда (чуть только позже) к вам придет наконец понимание, что есть таки, и еще лучше – должны быть отличия. Есть они таки. И слава Богу, что так пока. И поэтому эти противоположности и притягиваются.
И очень плохо, что общество, к счастью не православное, но развитое только, или очень развитое, норовит стирать эти, такие нужные грани, различия. Делая мужчин не мужчинами (не мужественными), а женщин не женщинами (т.е. не женственными). И дай Бог, чтобы у нас не дошло бы до такого ж  культуро-развития.

Записан

Прощайте и Здравствуйте, люди добрыя!...
кольцовъ
Спонсоры
*****
Offline

Сообщений: 1011

Я люблю тебя, жисть...


« Ответ #417 : Январь 21, 2020, 19:35:01 »

** Про уже существующую команду, или коллектив шипящих старушек.
Да, коллектив, прямо сказать, далеко не передовой. – Таки же это ж старушки, еще и такие не хлебосольные, и даже наоборот - чрезмерно задиристые. И это есть совершенно научный факт, - они есть часть общества, при том далеко не передовая. И в силу возраста, и в силу огромного количества других разнообразных факторов, включая болезни,  нерадивых детей и внуков, недоразвитости в части материально-технической...
И очень здесь может смущать такое, распространенное тоже из наблюдений, что с кем поведешься, мол... - то от того и наберешься. И это тоже оченно ценное из наблюдений. Однако, совсем не надобно набираться всем, тем более безполезным, и еще тем более – вредным, а именно – не желательным. Хотя и уважать старушек, пусть даже самых темных, темнейших, сутулых даже –  дело необычайно полезное, хотя и трудное. Да просто уважать их, хоть бы за то, что мы здесь с тобой, включая нас с тобой там, на нашей площадке спортивной, или в коллективе во трудовом, не трудовом и любом ином обществе – это как раз заслуга именно же этих самых старушек. Да, да – именно их это заслуга, или таких же точно, старых старушек, включая больных и сутулых. Ибо другие-то, не старушки которые, а именно - зверушки невиданные, здоровое и молодое племя, прогресс научно технический и тому подобные факторы ко нашему появлению здесь совсем не при чём. Ибо жизнь наша проистекает именно же из старушек из этих, если глядеть, конечно чуть да шире, нежели обычно это делается. То есть же – им именно все мы без исключения и обязаны своим здесь присутствием. И если доживешь ты и я, и даже тот же баскетболист крикливый или ватерполист с мячиком, то и они станут когда ни будь таким же точно старушком... Или чуть другим, передовым менее, а отсталым же более, по отношению к новому и современному племени, которому дорога у нас везде... а старикам, как водится, везде должен был быть бы обеспечен почёт (из песни про «Широка страна моя родная...», хотя и старой, хотя и хорошей по счету большому). Итак, кому что: рубаху – голому, махорку – дураку и ему же и фантики, дерьмо – за баню, а вот старушкам - почет. И к старушкам же и вопрос, если уже ты идешь «играть» к ним, на их площадку, вопрос вполне справедливый, логичный и адекватный: ...а как, мол, играть-то, тут, с вами..., дорогие друзья, и уважаемые вы товарищи?  - Бросать ли в кольцо мне мой мячик, или его пинать только, или мошть быть – ловить и держать его только тут, и где тут лыжи сымать? – И тут все вроде бы должно быть уже тоже ясно...
Это касательно в части «везде почета» для старика, - нашего здесь брата старшего.
Что же до второй, наиболее важной составляющей, не озвученного еще тобой, твоего смущения (подозреваю, что есть и таковая), то тут и еще проще всё. В храм в принципе ходят не для того, чтоб от старушек набраться чего угодно, или обучиться дабы шипению ихнему. Или же нехорошего всякого понабрать в себя, и не нужного, что смущения и возмущать в тебе может, как и во мне. (ну, то есть – это если боишься ты стать вдруг такой же вот старушкой вредной). Таки, а тут по тому смущаться не стоит, что ты не учись у них этому (их «шипению»)... – и всех-то делов. Запоминай как это выглядит, на ус наматывай и так никогда не делай. – Этому и учись.
Ты ведь на тренировках у того только учишься, у кого научиться можно чему ни будь лучшему чем ты уже можешь. А совсем не наоборот. – Ты не учишься у того, кто играет хуже или на много хуже чем ты..., или делать этого не умеет вовсе– это просто ведь?
Ну, и на всякий случай скажу, - в храм не к старушкам ходят, а за чем-то на много большим (это уже объяснять здесь не стану, ибо это очень скоро к человеку понимание приходит, если на то есть у него желание)***.
Однако, для еще большего отвода от всякого из смущений о темноте и дремучести (моего-то уж точно смущения некогда неимоверного, ибо же и сам я вполне такой тоже тип, т. е. - очень смущающийся... смущений не чуждый тип, самых разнообразных при том, - вот какой я и есть твой товарищ... - знай на всякий случай), которые приобрести ходя в храм возможно, доложу тебе таковое:
Первое – зато уже никак не приобрести здесь таких современных качеств, занимаясь тем  чем там занимаются, как сквернословие, всякие злоупотребления вредные и т.п. А с теми, что уже обретены (подчеркну, - занимаясь тем, чем там занимаются) таки будет легче расстаться, уменьшить их или начать их искоренение. Хотя, очень возможно,  что выглядеть это и будет именно как бы нелепо что ли, не броско, не ярко, не яростно.*** И мудрено ли, - ведь вокруг традиционно-сильные - это смелые и матерящиеся громко и очень интенсивно своими локтями орудующие; А тут не громкие и не кичащиеся своей буйной силою (в любой из её ипостасей). (О! - кстати – Емельяненко Федя**** – тому хороший пример, то есть же – именно сильный, однако в глаза не бросающийся).
Второе, и не менее важное (а мне так очень и очень помогшее в своё время) – огромное количество людей просто великих и выдающихся, были глубоко религиозными (и как тот же Емельяненко кроткими). К моему огромному счастью с множеством таковых же людей я знаком лично. Но, так для информации – это и Лихачев (академик нескольких академий наук), Сикорский (выдающийся авиаконструктор), Вернадский, Эйнштейн в конце концов, пришедших на ум мне в первую очередь*****, чья деятельность в религиозном аспекте интересна и плодотворна. И таких людей великих великое множество. Оченно советую хоть бы вот с этим Величайшим путём жизненным Величайшего Человека ознакомиться, - Войно-Ясинецкий (Лука) – так его зовут, благо и искать даже не надо – всё есть в интернете. Ознакомься и не пожалеешь (вот даю зуб тебе, да чей угодно (шутк)... – и чей не угодно тоже даю).

*** - О том, чему там учат, и чему научиться возможно. Просто сказать если, то научиться всему там возможно нужному и хорошему. Тому, что сделать жизнь твою сумеет на много лучше, нежели эту же жизнь, но без этой составляющей. Или - наполнить жизнь эту и смыслом и любовью.
****Федя Емельяненко тому хороший пример. Огромной же силы человек, при том очень скромный, без современного нынче чувства гордыни собственной.
И вот те же старушки, кстати, необычайно плодотворно учат шипением своим, как и просто присутствием даже своим смирять её, гордыню то есть, нашему с тобой брату, современнику, очень присущую. Самое же главное – учатся там любови истинной, ибо же и есть примеры её там, при том во множестве.
Или вот, примеру для, если дать ребенку любому (не испорченному) выбирать между любовью (пусть это таки будет в лице его матери, или его обоих родителей) и какой ни будь там хорошей игрушкой, машинкой, вещью, богатствами, «трубами медными», то он все же выбор свой  должен сделать в пользу родителей. Ибо на кой ему та машинка, когда любови (пусть родительской) не будет у него(?!). (чем тебе не сказка Х.К. Андерсона про снежную королеву). А вот во взрослой жизни это понимание почему-то «стирается». И современное общество приучает люд человеческий без любви обходиться, или с её заменителями. То есть - отдавать предпочтение вещам, машинкам, богатству, положению в обществе (власти). И, надо заметить, у  общества такового это очень даже как хорошо получается. А вот в храме как раз учат обратному. Что де не в деньгах-машинках счастие, но во любви настоящей, включая конечно и родительскую. И даже за то, чему там учат, многие отдают жизнь свою. Потом их героями почитают или канонизируют, и это правильно и хорошо очень, когда это так в этой жизни случается.

***** - Да вот и сам список, собственно. (https://pravoslavie.fm/science/spisok-veruyushhih-uch.. - первоисточник). Там множество имен вполне известных, и множество наших соотечественников. Главное – список дает понять, что в религии далеко люди не тёмные. И еще раз напомню, что даже и те, которых назовут многие «темными» на много светлей многих «нетемных», «темнотой» религии не охваченных.
Со наилучшими, во всех аспектах игры, пожеланиями, любящий иной раз много подумать... и пошутить тоже любящий, я..., т.е. Кольцовъ.., т.е. Саша, имеющий ко физкультуре и спорту отношение только дружное (толи дружественное).

И, да, - любить таки надобно же детей, включая и детей этих детей,  включая вообще всех детей, и детей еще не родившихся; И так же родителей надо любить, включая и их родителей, и вообще всех родителей, включая и уже умерших. И этому тоже учат, и учатся.

20,01,20
« Последнее редактирование: Январь 22, 2020, 13:26:24 от кольцовъ » Записан

Прощайте и Здравствуйте, люди добрыя!...
кольцовъ
Спонсоры
*****
Offline

Сообщений: 1011

Я люблю тебя, жисть...


« Ответ #416 : Январь 21, 2020, 16:28:44 »

Чуть-чуть про смущения. (или письмо ко товарищу на злободневную для него тему).

– Да, тут товарищ один хороший раскрыл душу недавно.  –  Смущает, - говорит он, - меня очень что-то...., - и это вот "что-то" очень серьезно смущает его...  Ну, и ответил ему, тем, что на ум сразу пришло. А уже теперь даю наиболее вдумчивый, вкрадчивый ответ по поводу его такого смущения.
А я тут, ты понимаешь ли... Сижу.... Сижу так, сижу себе вот здесь, в этой жизни.... И страх еще чего поделать люблю при этом сидении здесь же – так это подумать. Вот же хоть хлебом ты меня не корми белым (а корми только лишь черным ты хлебом меня), а подумать ну до того же люблю я. И это со мной ажно ещё со самого детства случается таковое. – Вот каковая есть во мне как бы особенность очень странная, ну да – есть то, что есть.
Особенно же приятно на душе на моей делается, - это когда сие занятие еще и полезным кому ни будь оказывается. – Тогда совсем очень уже хорошо у меня на душе получается. А так-то я просто думаю. Сижу так себе и думаю... А то и стою когда – тоже думаю, или делать чего ни будь делаю, то и в этот момент торжественный тоже думаю иной раз. Шутю вот разве еще другой раз и иногда, чего делать тоже люблю завсегда.
Ну, да на этом всё ясно со мной вроде бы, а важней в этот торжественный час (когда космические корабли бороздят космическое пространство.... а некосмические бороздят пространство не космическое (шутк.)) ибо, а и чего бы им и не побороздить его... ну, да это все шутки). Пред нами же вопрос наиболее серьезный, и вот он:
Смущает, понимаешь ли, некоторых товарищей пришедших во храм не совсем что ли адекватное поведение других некоторых товарищей там уже находящихся. – Вопрос суровый, хотя и не новый. Скажу по секрету - и тем и тем товарищем был и бываю я сам... Скажу без секрета – любой из товарищей был и тем и другим, и даже ты сам таковой в точности же... Посему понять и тех товарищей и других товарищей же будет не так уже и сложно. Нужно лишь посмотреть чуть да внимательней, примерить так сказать на себя. Или вспомнить себя, свои ощущения в части знакомой уже ситуации. Итак, ситуация:
Мы же с тобой спортсмены, или почти спортсмены с тобой мы. И мы с тобой в этой связи в игру-волейбол иной раз дружно играем. Посему давай вспомним ситуацию на нашей площадке. Или не на нашей, но любой гипотетической спортивной площадке. А прежде чем её вспоминать и представлять, вспомним давай такое выражение распространенное, вот оно: со своим уставом во чужой монастырь не ходят.... Или не менее знакомую истину: все инородное отторгается, или любое инородное отторгается... Как, например, заноза из пальца, ибо она по отношению к пальцу как раз и будет – самое то, а именно - инородное. А на площадке так: представим, что некий тип пришёл к нам в самый разгар нашей игры в волейбол. И он айда пинать прямо тут же свой мячик. Пускай это будет футбольный, а хоть даже и баскетбольный, или даже мяч для водного поло. – Такой дружок будет для нас, играющих таким же как та заноза. – Не так ли? Пусть даже он и мячик тот свой пинал бы очень даже прехорошо, старательно ли, или как-то особенно  бойко.
Другой пример – приходит к нам на ту же площадку знатнейший волейболист, но идиот по отношению к идейным сторонам и свойствам души. (очень распространенный пример, кстати, и не только в спорте). И вот он, играя безусловно всех нас лучше, очень орет так на нас торжественно, громко и благим матом, на всех, здесь уже играющих... Или еще того лучше - злобу генерирует особенно люто и всем аж противно становится от такой от его лютой злобности. И что тогда?
Или приходит в коллектив трудовой, не трудовой, празднующий, сидящий мирно подле подъезда и счелкающий так же мирно и дружно там, например семечки. И этот пришедший вдруг да и начинает всем кровь их подпорчивать. И чем не старательней он это делать будет, тем и.... И что, ...тем и...? – И тем, полагаю, старательней, захочет любой такой коллектив избавиться, да поскорей от этого, кровь ему портящего. В случае с волейболом – волейболистом, или тем, пинающим мячик свой, не то баскетбольный, не то и для водного поло мячик. – Или не так? Или с мячом для водного поло сие правило не сработает?
И в точности так же с мучимыми, и не дающими спокойного лицезрения за действиями в церкви, твоими смущениями. Таки почему же? – горячо спросишь меня ты. – А, таки вот почему – отвечу тебе, - любые ворчащие там на тебя бабушки – это и есть команда. Уже сыгранная, сплоченная такая, техничная, «играющая» очень давно, команда.** А ты, пусть ты и не пинаешь в свой мячик, по сути же ты как раз таки «свой мячик пинаешь» там, на их на той на площадке, - так получается. – Ведь ты там ни сном ни духом..., а они давно там, и они там "играют", и играли давно уже. И вполне допустимо, что ты делаешь что-то не то. А они там как раз уже как рыба в воде, ну или почти так... или как в водном поло рыба (шутк.). Посему, думается, что ходить в монастырь предварительно ознакомившись с его уставом, будет все же таки более что ли рационально. Или бы к нам бы пришёл этот баскетболист, и не стал бы свой мячик пинать, но испросил бы вот так приблизительно: Нельзя ли, товарищи, мне тут, вместе с вами бы поиграть малость бы, а...? И что надобно мне сделать для этого? – Пинать ли, или ловить мне ваш мячик, кидать ли его во кольцо, укусить его,  или только стоять мне вот здесь и орать мне здесь во всё горло, что вы дайте, мол, мячика мне? Или хотя бы просто снять хоть бы коньки для начала, иль ласты?  – Ущучиваешь, как оно просто всё? (это если не поинтересоваться: с кого бы это снять бы коньки эти ему или ласты?)
Так и в трудовом коллективе, любом другом обществе товарищ, пришедший в коллектив этот либо вписывается и становится его неотъемлемой частью, либо же скажут ему: Вы нас не устраиваете, вседорогой Вы товарищ, уж больно вы въедливый какой-то по части коммуникации, озлобленности, вспыльчивости, профессионализма, культурного уровня высоте или иных, не устраивающих нашу команду, качеств. И тогда ему уже или уйти по добру по здорову отседова, или явить в коллективе этом нужные этой группе товарищей, качества. Полагаю и это должно быть понятно.
Записан

Прощайте и Здравствуйте, люди добрыя!...
Станционный смотритель
Я новенький.
*
Offline

Сообщений: 25

слон


« Ответ #415 : Январь 10, 2020, 12:18:35 »

Авиаторы,особенно северные, были, как правило,
отзывчивыми и понимающими. Не то что нынешнее племя.
Записан

1979 МФ 6 гр Сергей. А/к "UTair"
кольцовъ
Спонсоры
*****
Offline

Сообщений: 1011

Я люблю тебя, жисть...


« Ответ #414 : Январь 10, 2020, 10:51:22 »

Лабытнанги были удалены  относительно Салехарда в сторону запада. Взлетевшая же вертушка не то лететь хотела на северо-запад, не то и вовсе  на юг куда-то. В любом из случаев полет в Лабытнанги за нами с сумкой и затем обратно в Салехард в её планы, и тем паче в план её полетов, никак не входил. Тем более с учетом надвигающегося с северной стороны шторма.
 - Двадцать четыре сто семьдесят восемь* Лабытнангам, - запросил диспетчер взлетевшую не так давно, не то только взлетающую еще, вертушку с одноименным бортовым номером, т.е. – её позывным в авиационном эфире.
- Лабытнанги, двадцать четыре сто семьдесят восемь, Лабытнанги, на связи, - ответили с той вертушки.
- Подлетите, пожалуйста к нам, тут дело есть к вам... небольшое.... (и в то же время очень большое).
 Тут, толи они сразу поняли, что дело серьезное и не публичное,  а толи и он объяснил им, что дело мол важное, но не публичное, предварительно попросив добавить «пятерочку» после запятой к частоте радиообмена... и они согласились.
- Принято, следуем, - отозвалась понятливая вертушка. И мы с Димкой практически враз успокоившись, это такое дело всенепременно отметили, отловленной из недр сумки, банкой... - Благо же – и было чем.
С севера действительно наплывали суровые такие, почти свинцовые, плотные тучи. Слегка накрапывал холодный такой и едкий дождичек; И ветерок, и без того и давно уже крепенький,  тоже усиливался. Вертушка  зашелестела совсем уже скоро, мы еще толком даже не успели промокнуть, и еще дожевывали чернослив из быстро пустеющей банки. Минут еще через несколько она, слегка покачиваясь, стояла на площадке и шумно молотила плоским диском несущего винта, работая на малом газу....
Мы, слегка прихрамывая и не слегка покачиваясь, но быстро подбежали к блистеру КВСа. (командира воздушного судна. – это слева, как в леворульных, т.е. нормальных автомобилях). Командир, открывши блистер, смотрел на нас не то изучающе, не то и удивленно... а ещё скорей – и то и другое.
- Тут, это же вот какое дело, товарищи... – начал свою заунывную и в то же время бодрую песнь Димка. – Во Салехард бы... тут, нам бы, с товарищем бы... – вот как... так как-то... но, срочно... И, кстати, здравствуйте.
Командир совершенно отчетливо понимал, что что-то и впрямь из ряда вон выходящее. Но, что именно понять пока точно не мог. Не то, враз улетел бы уже, наверняка и давно, а то бы и не прилетал вовсе.
–Ага, - здравствуйте, мол, и вам, - и командир кивнул нам головой... – Там шторм надвигается... Мы думали, что нам уже из Салехарда не дадут вылететь... Но, вот таки, еле выпустили...
- А мы-то же как же тогда?! – Мы же то, что тогда?! – Как же мы? – И Казимир изобразил не понимающего «как же, мол, мы?». Непонимающего при том совершенно, то есть такого ярко обескураженного товарища выказал из себя наш Димон.
- Нет, так-то понятно всё с вами. Но, я говорю мы еле вылетели, и если что... то можем и уже не вылететь, если вернемся... – шторм вон идет с севера... и он кивком указал на север, и тучи...
- Да...!!!? А нам тогда как..., каково? А куда нам деваться прикажете?! – Нам в Салехард кровь из ноздри, да вы чё не видите что ли, вы в самом деле?... Мы вон уже... все мокрые... уже... мы...   Мы же не доберемся... без вас, и самостоятельно...  – А вам-то что, жалко что ли вам?! Вам тут и лететь-то, десять каких-то и всего-то минут...  А мы не сможем... а надо нам... И мы пропадем тогда...  Да мы тут базарим уже и того больше... К тому же мы не одни, - у нас, вон погляди-ка, какая сумка ещё... и тоже вона какая она тяжелая.
- Да, при таких обстоятельствах, - не то думал, а не то просто догадывался догадливый КВС, -  и действительно шансов у парней, тем более парней-авиаторов и впрямь много меньше нежели при помощи только их вертолета... – А, и ладно, тогда, черт с вами, чертями... Полезайте уже, да побыстрей только... – Шторм вон идет с севера..., не дай Бог не выпустят из-за вас... и так еле выпустили...
- Да ничего, ничего, - бормотал Димка всходя по бортовой лесенке на борт двадцать четыре сто семьдесят восемь... – Как ни будь выпустят... А то, мы-то совсем уже здесь бы без шансов остались... А ведь же нам на работу еще... Мы ж авиаторы... Тоже же мы авиаторы ведь же... А кто же ещё...? Кому же еще нас..., если к примеру, не вы?... Да, и еще сумка вон...
Я торопливо, молчаливо  и радостно улыбаясь, поспешал за ним, звеня многочисленными сувенирами, многие из которых были еще не распечатанными.
- Да это что же такое-то?, - продолжал свои сокрушения Казимир, если не мы то а кто же тогда?! Нет, ну авиаторы мы или мы не авиаторы, а, товарищи летчики?! И если не мы авиаторы, то кто тогда авиаторы?!, - сокрушал он вопросами, видимо, их же... и благоухания благородного чернослива перебивали легкий налёт внутривертолетного запаха.
Добрались вполне нормально... Едва коснувшись колесами Салехардской площадки нас спешно выгрузили, с особенной осторожностью помогая приземлить дорогоценную сумку... – Все абсолютно были довольными... и даже командир широко и приветливо улыбался, улыбкой человека свершившего благородный поступок. Ни один из «сувениров» за время воздушной транспортировки не пострадал.
Соседи по общежитию приняли прибывших товарищей с огромной сумкой с огромной радостью. Поступки всех причастных товарищей были расценены так же, т.е. – на «хорошо».

* Двадцать четыре сто семьдесят восемь - в этой части рассказа, каюсь, позволил я себе единственную художественную неточность, вымысел или фантазию. Ибо точного бортового номера той вертушки я как не знал тогда, так и теперь тоже не знаю. Всё остальное, включая время года, описано исторически предельно точно,  и достоверно действительности так же.

08,01,20
Записан

Прощайте и Здравствуйте, люди добрыя!...
кольцовъ
Спонсоры
*****
Offline

Сообщений: 1011

Я люблю тебя, жисть...


« Ответ #413 : Январь 10, 2020, 10:49:58 »

Пару слов о полетах и перелетах, т.е. о перемещениях.
Если бы я знал в те времена такое народо-движение-передвижение  как «Автостоп», то и сказал бы об этом как об автостопе. Но, в те времена я не знал сочетания таких загадочных слов, и посему передвигались мы только так, а именно – просто, если мы передвигались по воздуху. И по воздуху как раз, передвигаться нам было вполне и легко, и быстро, и очень удобно... словом – как автостопом, наверное. Хотя и слова такого я, применительно к перемещениям во пространстве, тогда еще даже не знал.
В те славные времена стояла на дворе весна поздняя, а толи и ранняя осень. Но было достаточно прохладно, хотя и без минуса, ветрено и так не очень комфортно для пребывания на белом свете, еще точнее – на свежем воздухе света этого, а именно - белого... Местом того тогдашнего пребывания в  нем двух, разгоряченных горячительными напитками адептов, было ямало-ненецкое заполярье нашей роскошной Родины. Еще точнее – город,   почти что герой, Лабытнанги.
Уже и не скажу как там мы с ним повстречались, а толи и прибыли туда вместе, - не помню. Помню точно, что передвигаться нам было уже трудновато. Если не трудновато значительно. Итак, мы с Димкой были тогда, в то очень тяжелое для нас время, во Лабытнангах.
Все дело в том, что в столице Ямало-Ненецкого автономного округа, Салехарде было осадное положение в отношении ликеро-водки, чему мы категорически были не рады.  И потому приходилось нам не так уже,  в этом не легком  плане, легко. В том плане, что далековато за этим делом приходилось нам перемещаться. А кое кто даже в Воркуту, далеко к нам не близкую, не ленился наведываться за пивком. (скажу по секрету, я лично аж за этим делом вынужден был слетать до Киева... – было и такое дело)
И вот же еще дело до того же  забавное – водка была страх ядовитая в Воркуте этой; И все в один голос приписывали яды эти её на свойства воды для её приготовления. Пиво же Воркутинское было напротив, ну очень хорошим. Ну, до этой забавной премудрости по части воды, мудрость народная тогда еще не доходила в своём понимании... – тут важнее для этой мудрости было решить где бы вообще хоть бы чего-то да раздобыть и достать...  Ну, да и ладно с ними, с премудростями этими... теми.... ихними.
- Тык, у меня же здесь на вертолетке кореш несметный работает...! – говорил не совсем членораздельно мне товарищ мой, Казимиров Димка  (или Казимир по тогдашнему, нашему) и для убедительности так негромко, но убедительно топал ногой своей.... так, чисто для убедительности. И это, по всей видимости, работало.
- И чего? С этого.... или с того...? – так отвечал ему я, с такой же примерно, пониженной до едва заметной узнаваемости, членораздельностью.
- А и то...,  ...с этого... или с того..., что не сможем мы может быть... уже плыть на пароме... по речке...
- Это же как это так? – удивлялся я, намекая, что у нас еще вполне всего достаточно чтобы переплыть речку, при том еще и на пароме, и выказывал в противовес его доводам сумку, в которой еще было вполне достаточно пол-литровых баночек со сливой в вине.
- А это так это... что до тудова же еще ехать минут аж все с около часу.... а потом еще сорок минут на пароме... по речке... плыть... и это не считая процесса посадки, высадки и то да сё всякого разного... – разумно подводил он, не забывая про ногу... А после еще и с парому до аэропорту... (от аэропорта (это километра три-пять от причала парома) ходили уже автобусы) тащиться.
- ...и это разумно, - вынужденно констатировал тогда я, хотя и наличие кореша, работающего на вертолетке в решении данной дилеммы еще явно недооценивал.
Аэропорта в городе с удивительно красивым и живописным названием Лабытнанги отродясь не было. Опасно для этого дела был тот град приближен к предгорью полярному уральских гор. Зато железная дорога в городе этом имелась (направление на Воркуту). В Салехарде же наоборот аэропорт был, а железной дороги быть не могло. Пытались построить Сталинским костно-дробильным методом ветку на Надым (стройка № 406 вроде бы) в лихие годы строительства буйного;  И даже построили вроде бы узкоколейку, но так и не запустили её, - сильно суровыми оказались условия для её эксплуатации. И, соответственно горючее для города Салехарда, как и для аэропорта его завозилось на склады ГСМ по реке в основном, во время летней речной навигации. А в Лабытнанги оно могло завозиться круглогодично по той же железной дороге. Поэтому, и частенько, для заправки горючим именно в Лабытнанги залетал вертолет вылетевший из Салехарда, уходя в далекий рейс, дабы не тратить запасов ГСМ местных. Для этого в основном и использовались эти Лабытнангские  вертолетные площадки. Ну, и чтобы в межсезонье, это когда нет ни зимника и ни парому, дабы доставить в ту или другую сторону какой ни будь срочный груз. А лёту между аэропортом «Салехард» и Лабытнангами было минут всего-то десять, не то и пятнадцать каких-то.
До вертолетки добрались товарищи шаткие практически весело, и чуть ли не с огоньком... с таким «синим» и ярко пахнущим. Правда выяснилось, - вот же беда, - кореш этот, Димкин, искомый, пребывать изволит в это самое, и тревожное для нас время, не то в отгулах, не то в выходных, не то и вообще даже в отпуске. Но, это для нас, для хороших уже, разве же это беда?! Мы же охваченные были всецело весельем... и лишь немного склонностью к перемещению. Ибо же надо было уж нам возвращаться домой.
- Ну, нет так и нет кореша, - резонно и с выражением сказал тогда Казимир, слегка смущенному коллеге этого заветного кореша, - диспетчеру того аэродромного пункта.  – Так, а ведь же мы собственно же и не к нему почти, а мы по делу же просто же, собственно... Поэтому нам бы и ты подошел бы вполне, собственно... Нет, определенно, ты нам для нашего дела вполне даже определенно подходишь...  - Слушай, глянь-ка, там у тебя никто часом никуда не летит сейчас мимо? ...ну, чтобы это нас... и в Салехард... чтобы... уже.
- Нет, вроде бы, никто ни к нам и ни от нас не летит никуда, – отвечал коллега отсутствующего кореша, нашего коллективного и яркого с Димкой оптимизма явно не разделяя.
- Не, ну так, может быть кто ни будь...., все таки...., куда ни будь да и летит? Хотя бы где ни будь рядом, или не так далеко чтобы? – не очень членораздельно, настаивал на своём Казимир, а я ему так же нечленораздельно, но охотно поддакивал... слегка, для убедительности даже аж приседая.... – что не летит ли, мол, кто ни будь, где ни будь, тут...? Или недалеко хоть бы... а хоть бы уже и если и далеко даже... Или хотя бы лишь собирается... чтоб полететь...
- Нет же, совершенно и определенно, никто по вашему искомому вами маршруту не летит в настоящее время, и  не собирается этого делать в ближайшее время. К тому же шторм вон надвигается в ближайшее время с севера,  и уже вот-вот закроются все ближайшие площади на неопределенное время.
- Фу ты – ну ты...  - Ну, так а ты разве не видишь какая беда тут у нас? образовалась... у всех, заметь... и уже приключилася... она... то есть беда эта... у нас... у всех.... - У нас же ещё много... ещё...  и в нас уже много... е... ё...  А ведь же нам еще ехать... и нам ведь еще надо доехать....  Нет, ну если, конечно, ты хочешь, то мы можем и подождать тут.... немного... где ни будь... тут... (и он осмотрелся вокруг места где мы перетаптывались).  Но, оно тебе это вот надо?... оно... тебе... и тут.... Нет ну, вот ты сам как на это всё думаешь? Нет, вот ты и сам-то подумай об этом... Нет, ты вот возьми и подумай. А нам улететь... бы... и нам бы добраться бы... нам бы... а вот и еще сумку бы нам бы еще довезти... бы... мы тут с сумкой, так, между прочим... с тяжёлой... а ты нам вона как отвечаешь...
Диспетчер, с нескрываемым сожалением сожалел о случившемся... И еще более не желал  любого из продолжений такого случившегося. Тем более с учетом нашей увесистой сумки.
- А ведь же мы, если мы еще подождем здесь, то и вообще можем же уже не улететь никуда... – развивал свои нечленораздельные мысли Дмитрий, а я всем своим видом, и видом сумки весьма старательно помогал ему в этом нелегком деле, т.е. тоже что-то мычал... но старательно.... и не упасть тоже очень старался.
Диспетчер был смышленым парнем, и такую перспективу счел вполне разумной... Но недопустимой, конечно же. К тому же, только что из Салехарда вылетела вертушка Ми-8, правда в противоположном необходимому для его шатких гостей, направлении. Но,  это таки было на много меньшим, из так неожиданно образовавшихся, и даже свалившихся уже на его голову, зол.

Записан

Прощайте и Здравствуйте, люди добрыя!...
кольцовъ
Спонсоры
*****
Offline

Сообщений: 1011

Я люблю тебя, жисть...


« Ответ #412 : Декабрь 28, 2019, 10:40:58 »

Привет, пацаны!!!* Однако же, жаль, да, жаль, а что ж поделать...
Таки поздравляю усих и со всем!!!!

* -тут, естественным образом имею ввиду и дэушек, женщин, бабушек и иных представительниц всегда чудесного и распрекрасного пола, с пацаньим полом ничего общего не имеющих.
Записан

Прощайте и Здравствуйте, люди добрыя!...
кольцовъ
Спонсоры
*****
Offline

Сообщений: 1011

Я люблю тебя, жисть...


« Ответ #411 : Декабрь 11, 2019, 12:28:00 »

Ладогоштиль. Часть 3.   Заключительна.

А ты похожа на Ладогу. А на человека ты чутарика меньше похожа. А вот на Ладогу да, похожа ты и даже очень аж как. Вот глядит Славка  на Ладогу – а просто же одно и лицо и тело. И консистенция, и температура, и темперамент, и конституция, характер, манеры, походка, цвет глаз, цвет волос, тембр голоса, брови, характер и нрав ...  и т.п.– все вот же точь-в-точь то же самое, - всё одинаковое, - и руки и ноги. – Просто одно и то же. И тут уже и перепутать не сложно, а сложно наоборот не перепутать уже. А то и заговорить уже из-за такой сложности можно и с самой даже Ладогой. И так заговорил, заговорил Слава... И... так и увлекся живой этой беседой, что и про мир сломавшийся аж позабыл.  А через какое-то время, она ему так, между делом: Но, так-то вообще-то, Слава, я – Ладога... так, совсем немножко... на всякий случай.  Понимаешь ты, нет ли? (как в «Мимино»:  так-то вообще-то я эндокринолог,  но иногда лётчик).  И тебе срочно надо с препаратами медицинскими предпринять уже что-то, а не то час неровен... А толи с дозировками только подкорректироваться. Словом с врачами срочно бы надо бы встретиться тебе, Слав... Очень срочно, очень тебя прошу.
А он ей... – Таки и похоже что штиль...  То есть совершенно ничего его особенно не настораживает. И включая мир, только что сделавшийся неправильным, оглохшим, сломавшимся... А для Славы все течет и продолжает идти своим чередом, так ему привычным. То есть его плавание, его пропекание, её улыбка ему белозубая, её похожесть на Ладогу. И всё это в одном «стакане» (хотя еще скорее – в шприце). А он так... спокойно плавая в жидкости, глазешки приоткрывает свои  так немножечко и иногда, в себя тоже приходит немножечко, её не отличая от озера...  – Ой,  - такой слегка очухивающийся,  - А, о, а это ты или это опять только Ладога?... - И это где это я все время плаваю? - О, а вот и знакомая чья-то спина... - Ну, да – это ж она... не, ну совершенно же точно она это...  -А ну-ка, посмотрим, посмотрим повыше, ну, да – вот же чуть выше спины и её сразу-улыбка... – и как раз мне предназначенная, - таки значит определенно она... - Ах, ну как же ты все же похожа  на Ладогу. -  Вон она мне сразу же как улыбается, - да поглядите же вы и сами (как бы говорит он гипотетическому кому угодно), -  как я только и мог пожелать... Эх, и хорошо-то же как!
А и похоже что штиль. Однако, и точно, - очень похоже, что штиль. Ведь если бы был не штиль, то и не было бы этой похожести. И радуясь уже этой похожести необычайно, добавляет Слава и еще более и романтические и столь же неожиданные свои «изюмины», т.е. особо пропекшиеся фрагменты фантазий.
А за окнами ягоды, а на ягодах пыль... 
– А при чем здесь это?! – воскликнет какой ни будь недалекий товарищ, на вроде меня... А Славка как бы не открывая и так же не закрывая глаз своих так и ответит, такой же пропеченной фразой своей.  - А не нравится, мол, вам за окнами, то и пусть будут они тогда у вас перед окнами. Вот так это будет: ...А перед окнами ягоды... – и так пусть и будет для вас, для не понимающих....  А что же пыли касаемо – так это уже так пропеклось, и тут уже ничего не поделаешь, извините, товарищи, мол. – Тут уже с  этим не денешься никуда.  - Уже не стереть и не смыть нарисованное, ой, - пардон, - пропечённое. Хотя, если для кого и это... легкое и нежное категорично и трудноусвояемо, то замените на «грязь, мазь, бязь, лязг, джаз, моль, соль, боль, толь»... или чего там с словом «штиль» зарифмуется... штиль – мыль, кыль, гриль, шмыль, гыль, быль, дыль... Эх, черт побери, «дыль» очень хорошо подошло бы, - какое очень красивое и необычное слово, да я, жаль, не знаю еще чего это такое,  - скажет вам Слава. - Надо будет попропекать как ни будь и этот аспект, еще не пропеченный поэтами заурядными.  Да, «дыль» – как хорошо было бы, и звучит тоже очень вполне подобающе... очень достойно так.    И на ягодах дыль. Или: ...а за окнами ягоды, или там ягодопыль. – тоже так, было бы вполне... красиво.
Ну, и шедевром, даже убоюсь предположить каковым по масштабности, шедевром в этой песне является заключительный этого шедевра куплет.
Разговаривай, но не спеши
И желательно молча.
Я услышу тебя в пустоте,
В тишине, и намного чем больше.
Ну, что тут уже только можно сказать? Да ничего уже нельзя. И не спеша нельзя сказать, и не спеша молча сказать, пожалуй, нельзя не менее чем... Но, и при всем при этом, он в пустоте услышит если таким образом она с ним разговаривать станет. Он ведь все время в пустоте пребывать норовит и в тишине. Даже будучи в сломанном мире, и плавая в жидкой среде каким-то неправильным способом. Хоть тишина здесь дело совсем понятное, ведь во втором куплете мир сделался и нем и глух. Потому на этот счет она может быть совершенно спокойна. Она в таком глухо-немом с ним режиме общаясь, может быть совершенно уверена, что он услышит её. Однако не просто услышит, а даже услышит на много чем больше. Нет, ты понимаешь?!
Не на много больше «чего»? Не как ни  будь там как-то так... он услышит  её.. А он услышит её на много чем больше. Не меньше, а именно больше... Не на много меньше чем или там как-то еще, а на много чем больше. Во как!
- На чем, на чем больше услышит её он... или на много чем? – Таки а вот же на чем (или «Как?», или «на как?», или «насколько чем тем?». – А вот как: таки на много чем больше. – Вот же пропёк так пропёк!!! Вот же выходит, что не зря плавал таки и пропекал! И каково пропеклось-то? А и пропеклось-то аж на много чем больше.
Вот и иной тоже подумать мог бы, вдруг да и пропеклось бы просто много фраз разных, а тут нет  – тут на много чем больше всё у него пропеклось. – Гениально же!!!! Конгениально!
Слава, да после слов таких, фраз пропеченных, шляпу можно и не одевать, собственно. Шляпы, дорогие товарищи, вам более уже не нужны. Следует снимать шляпы пред таким гением таланта и уже так и ходить, подчеркивая ею снятой своё трогательное отношение к Славе... Не просто трогательное, а на много чем больше... чем просто больше. Чем меньше не надо, пожалуй, а на много чем больше – это да, это в самый раз будет.
Ура, Слава!!! Пропеки ты уже, плавая и еще чего ни будь. Про дыль, шмыль, гыль, кыль какой ни будь. Про таракана от тебя убегающего, так в воображении твоем, в пропекании твоем пылком на закат похожего. Ну, тоже ведь одно же лицо просто. Поумирай за стеклами квадратных окнов, за её куклы, охлопав за её ресницы...
Словом, - долой все головные уборы из гардероба, товарищи! Слава, айда, пропекай уже и еще фразы какие-то!, а то без такового же скучно. Без такового на много чем меньше..., пожалуй.  И да возрадуемся же уже, товарищи!!! Уже придем побыстрей к дозировкам нормальным, или будем не пренебрегать до советов врачей! И Ура! – грянем же на столько много чем больше, чтобы уже стошнило бы всех наконец, в то самое место, однако, где наш гениальный друг и поэт все время и пропекает и плавает. Прямо туда, за спину этой его сразу-улыбчивой в каске. Или тошнилово это будет нас радовать в Славкином лице со сцены, как оно на день сегодняшний и делает. От чего мир, скорей всего, и сломается. Увы.
10,12,19

Записан

Прощайте и Здравствуйте, люди добрыя!...
кольцовъ
Спонсоры
*****
Offline

Сообщений: 1011

Я люблю тебя, жисть...


« Ответ #410 : Декабрь 11, 2019, 12:27:04 »

Ладогоштиль. Часть 2
Она:  Ага... - Он за спиной, значится, - думает... – Так, так... Это он за спиной, ага... И голова её, вместе с сразу-улыбкой её, начинает разворачиваться, и разворачивается  ровно на сто восемьдесят градусов. Хотя, возможно таки и с небольшой даже погрешностью. Это уже я не знаю как это выглядит анатомически, но из текста оригинального это однозначно так только должно следовать.
Нет, ну а как же еще? Если бы она повернулась, то и он бы не за спиной уже был бы... А так, - все именно как ему и желательно. Он там плавать изволит, не переставая пропекание. Она, наконец, стоя спиной к нему ему же, уже ему и улыбается – все точь-в-точь как он и возжелал, как он пропёк в этих уж очень здорово пропеченных первых фразах своего детища. Тут отдельно еще хотелось бы на этом творческом ходе задержаться маленечко. – Вот зачем поэт говорит о пропечении? Разве же и без этого его уточнения не должно сложиться устойчивое понимание, что с фразами у Славы что-то... ну, немного, говоря мягко, не так как это у обычных людей? Как у обычных поэтов, где все фразы вполне себе нормальные, ясные и для понимания вполне доступные... А тут вон ты погляди-ка, какое удивительное пропечение: Улыбнись... И желательно мне... И желательно сразу – йэх, красота же! Я плыву и пропекаю какую-то фразу. Толи он еще и сам не знает какую же фразу он в этот момент пропекает, но он старается. А толи он фразы эти пропекает аж по несколько штук одновременно, а затем уже отбирает самые изящные и элегантные из них, дабы для слушателя их донести не в сыром и недопропёкшемся виде, а то есть только из них наиболее плотно пропекшиеся.
Второй куплет весь этот мир и покой, и идиллию с улыбкой, плаванием и пропечением перечеркивает, при том совершенно, хотя и не понятно почему, вдруг и так. А толи так пропечение какой-то фразы на него категорическим и негативным образом вдруг подействовало. И... 
И каким-то неправильным вдруг
Оказался весь мир вокруг.
В нем словно сломалось все,
Он словно и нем, и глух.
Вот так, понимаете ли, плавал, плавал... Пропекал, желал улыбку от своей улыбчивой, а толи наоборот - неулыбчивой. Та заулыбалась ему, находящемуся за спиной, изо всех сил своих  силясь, сощурилась. При том сразу же заулыбалась. – Он не успел еще и пожелать, а она сразу заулыбалась. При том ему. При том не зная где же он, собственно, есть, где это он плавает. Благо хоть он подсказал об этом ей тут же. Но, она-то уже успела еще до этой подсказки ему сразу заулыбаться. И все же вроде бы складывалось уже спокойно, мирно, достойно... В рамках традиционного пропеченного слога поэтического, характерного такого, Славкиного. - Нет, - не так – высоко поэтического слога Славкиного. Не, ну как же, гляди-ка как рифма поэтически так взбадривает, как взыгрывает рифма поэтическая: Вдруг – вокруг – глух... – как необыкновенно,  непривычно и оригинально звучат его  рифмы. – Взбадривает и до того же как прочно. Стих сам по себе уже поёт, даже и без Славкиной музыки.
И тут нате вам... – Оказалось на поверку, что все это не правильно...
Только что плавал Славка и все было пристойно, нормально и правильно. – Он плавал, она улыбалась, и улыбалась же сразу.  А тут – вдруг и сразу весь мир сделался мгновенно каким-то неправильным...  Она глядь чуть да пристальней, в то же самое место где он и плавает, а там..., - мама ты моя дорогая. А там уже – «вдруг» приключился и стало враз все неправильным.  Толи он ластами вперед плавать вдруг стал. Толи фразопропекание у него вдруг да пошло не в то русло. И вообще не только он, Славка плавающий, но и весь мир вокруг враз совершенно неправильным сделался. – Вай-вай-вай, как же нехорошо... Приглядывается она, и точно. – Всё так и есть. – Все в мире сломалось. Вот еще только что всё это не сломанным было. Стояло все на своих штатных местах, всё в мире благоухало, птички чирикали. И вот нате вам – все сломано-переломано, перекалечено, и птичек не слышно чириканий. Мир словно нем и глух стал. То есть птички не только не чирикают уже, но и не слышат любого чириканья. – Оглохли птички вместе со всем этим миром. И мир весь как и птички  эти оглох совершенно и дар, по всей видимости, речи потерял тоже. Смотрит она на рыбок – и те туда же,  - и немы и глухи... – И рады чирикнуть бы, ан нет, - чтой-то у них внутри уже сломано. Включая, конечно, чирикалку, вот и не получается. Она смотрит на мир, улыбаться не переставая, и там, в мире этом – все точно такое же – осиротел мир и на слух и на голос, и сломался весь чуть ли не напополам-вдребезги. И только Славка, и то как-то уже совсем не правильно, и пусть хоть вперед ластами, но все же плавает. Пропекает уже глухо-немые лишь фразы какие-то, и то как-то не правильно их пропекает уже. Ведь пропекалка у Славки тоже стала поломанная. А уже с поломанным-то пропекалом – уже какое теперь тебе пропекание?! – Так, ерунда одна, а не пропекание.
Но, не сдается на этом  отважный наш Славка. И его не волнует, что мир оглох, онемел и сломался. Он глядит, видимо из под густой толщи жидкости в которой и плавает, на Неё (боюсь уже и предположить на кого это на неё) и тут он ясность вносит, при том вполне огромными такими гроздьями. Он это так формулирует Ей, и заодно чтобы и мы с вами тоже в курсе уже были.
А ты похожа на Ладогу,
И похоже, что штиль,
И за окнами ягоды,
И на ягодах пыль.
Ты понимаешь!? – Вот же оно дело какое! -  Мир изломался, оглох и онемел. Стал неправильным. Всё одномоментно, вмиг, враз, чуть ли не мгновенно оглохло. А он ей, спокойно так, словно бы в самом начале первого куплета, словно не глох весь мир этот и не немел, и не ломался совсем: А ты, дескать похожа на Ладогу. – Вот так пропёк! А вот птички и рыбки – они не похожи на Ладогу. А ты, сразу-улыбчивая ты моя, ты на Ладогу эту, ну просто таки очень похожая.
Вот кем она может быть, после этой на Ладогу похожести? Человек и пароход что ли? Скорей таки пароход и не пароход. Так ведь же и пароход по любым соображениям на Ладогу быть похожим не может. А вот Она у Славки на это дело похожая. Вот он так глядит на неё, когда она ему улыбается, когда он за её спиной плавает, и когда  он плавая пропекает фразу какую-то... И вот он думает, возможно именно в этот момент: вот же на что Ты похожая? – ну, так, возможно думает Славка, или не думает, а пропекает эту мысль вместе с фразами, в своём пропекалове.  Думает, возможно, хотя и фразы свои пропекать он не перестает. Вот женщина она же на много чего или кого похожая может быть. Она может быть стройная как горная козочка, или какое ни будь изящное деревце. Хорошенькая она может быть как цыпленочек. Беззащитная она может быть как теленочек. Как котеночек она может быть тоже хорошенькая и игривая. К поцелуям она может быть манящая как страсть все грудя разрывающая, вызывающая из этих же частей тела овации, и потепление на душе тоже делающая. Или как в одной песне поется - ... и вообще она - вся такая разтакая... – вот какая Она может быть.
А тут -  мир вдруг неправильным сделался. Всё вдруг в нем поломалось, онемело, оглохло... Ужос кромешный... И тут же... – А ты похожа на Ладогу. – Вот так пропёк! - вот же выходит не зря так плотненько пропекал фразу Славик! – именно так, получается. - Вот же пропеклась как она очень аж здорово!  И весь сам ход мыслей, и вообще всё... пропеклось в этой песне.  Сложилось как-то, из неправильного и глухонемого, сломанного и вновь опять в пропечённое.
Записан

Прощайте и Здравствуйте, люди добрыя!...
кольцовъ
Спонсоры
*****
Offline

Сообщений: 1011

Я люблю тебя, жисть...


« Ответ #409 : Декабрь 11, 2019, 12:26:20 »

ЛАДОГОШТИЛЬ...
Однако же очень уж долго у меня лично «пропекается» эта его Ладога... А толи просто же некогда, всё некогда, а с кондачка как-то не хочется, - уж больно же тема серьезная, тема такая трепетная, внимания заслуживающая более нежного.
Однако, вот зарисовочка, очередная, «лодогоштилем» навеянная. Но для начала, - высокая, конечно поэзия, т.е. именно же – оригинал. Если кого и стошнит немножко, то как утверждают немногие из знатоков этого дела, - иной раз и это полезно. От себя добавлю – очень полезно. И я таковым верю, ибо... Эх, люблю же я и потошнить обильно, особенно же когда есть на что...
Да, вот сейчас же уже и увидите.

Ладога.           В.  Питкун.

Улыбнись и желательно мне,
И желательно сразу.
Я плыву у тебя за спиной
Пропекаю какую-то фразу.
 
И каким-то неправильным вдруг
Оказался весь мир вокруг.
В нем словно сломалось все,
Он словно и нем, и глух.

А ты похожа на Ладогу,
И похоже, что штиль,
И за окнами ягоды,
И на ягодах пыль.

Разговаривай, но не спеши
И желательно молча.
Я услышу тебя в пустоте,
В тишине, и намного чем больше.

А ты похожа на Ладогу,
И похоже, что штиль,
И за окнами ягоды,
И на ягодах пыль.

А ты похожа на Ладогу,
И похоже, что штиль,
И за окнами ягоды,
И на ягодах пыль.


Она.  Такая, вполне себе обыкновенная такая и типичная Она. Которая Славке, такой обычной и типичной завсегда представляется. И вот Она стоит, значится. И это не догадка моя, - под любым из слов здешних есть основания.  Любое слово, фраза, строка стихотворная не просто так,  - у Славы вообще нет ничего просто так. Ну, да давайте уже окунаться уже, то есть более детально уже «искупаемся», т.е. поплаваем уже вместе со Славкой.  Она, как ты её не крути, но таки она стоит, ибо сидеть она просто не будет, ибо в воде действие происходит настоящее... Хотя не исключено, что в любой иной она стоит жидкости, жиже. А в жидкости или тем более в жиже как-то да несподручно сидеть.
Вот она, значит и стоит, предположительно в воде, предположительно не менее чем... ну, в общем вам примерно по это дело, то есть по пояс будет. И это как минимум,  а максимум – это по самую шею она стоит в воде этой иль жидкости. Она... Возможно даже та самая она, из его удивительно нежной песни про туман. Ну, тот туман который на небо возвращается, а она, т.е. его родная в это время ему и улыбается всё время. А он её тогда сжимать изволит, при том крепче крепкого.... и т.п.
Так вот, предполагаю, что таки это всяк именно же она и есть, т.е. та самая, его родная которая. А он её там сжимал, сжимал, значится крепче крепкого, и сердце у  него в груди было и даже билось оно, в то время как он думал-предполагал, что его нету там. Ну, да ладно. Там посжимал, а тут она таки просто стоит пока, не менее чем по колено, и скорей таки в воде. Возможно, она и тут тоже улыбается. Возможно, и не улыбается ещё, - тут пока нет на этот счет определенной ясности. Это интрига с самого первого здесь аккорда так аккуратно и старательно, как только он и умеет, Славкой засеянная... И вот он этот аккорд первый. – Улыбнись, - таки просит её в первой  же строке своего стиха Вячеслав.
И... она, внимая ему, видимо таки начинает это дело делать, т.е. - она улыбается. А и чего бы ей не заулыбаться, когда просят  её, да еще не кто-то просит, а именно же – Слава, поэт? Так ведь же нет, не поэт, а ПоЭтище!!! И вот она уже стоит в этой жидкости и она уже улыбается. Однако, нет, - еще не всё. И «желательно мне» - просит в этой же своей строке Вячеслав. И тут она принимается с улыбкой искать его...  - Эй, оппачки, да где же ты, мил человек? – рассеянно хлопая своими ресницами, как бы вопрошает она к ней обращающегося.
 - И желательно сразу, - добавляет он, видимо считая, что это важней, или важней аж еще на много чем более* (это станет ясно из третьего, куплета – такой оборот не в шутку насыщенный). И сразу она впадает в смущение, а сразу ли она заулыбалась, а толи не сразу?... И если сразу, то ему ли? Ведь она и знать еще толком не знает кто такой этот желающий, где он, и что ему важней в данный момент – её улыбка как таковая вообще, или улыбка ему, или какая-то сразу-улыбка, как отдельный вид действия или нечто еще более специфическое. Стоит, ищет где же этот... тот кому адресовать сразу-улыбку... Улыбается... Размышляет: сразу-улыбкой она улыбится или совершенно обыкновенной она улыбается улыбкой... И, видимо от этого, не так спокойно у неё на душе...
Но, Вячеслав, предвосхищая вполне её такую тревожность, тут же поддает ей резонную такую подсказкочку. А я мол, тут, недалече же я... - Тута, мол, я - у тебя за спиною я плаваю... И заодно уже, а и чего, собственно, и особенного... – пропекаю какую-то фразу. Нет, ну а и чего за просто так поди ж плавать? Он и плавает, и заодно уже и фразу какую-то пропекает. Он в этой забавной связи очень необыкновенный мастак, этот Слава. А то ведь фразы были бы у него не пропеченные, а так-то они вона какие все пропеченные у него... – Это же чувствуется. А таки на то он же и талант. И плавать, и пропекать, и просить её заулыбаться ему, т.е. желательно ему... И одновременно желательно сразу разулыбаться так как-то... – Вот же какая, ты понимаешь ли, котовасия дружная...
Записан

Прощайте и Здравствуйте, люди добрыя!...
кольцовъ
Спонсоры
*****
Offline

Сообщений: 1011

Я люблю тебя, жисть...


« Ответ #408 : Декабрь 11, 2019, 12:24:56 »

А пажалуйста. Однако, каждый писать умеет. И читать тоже умеет каждый. Только каждый и то и другое по разному делает. И тут от желания и много еще чего очень зависит. Однако, хотелось бы, чтобы хоть чаще... ну, и чтобы все - тоже очень хотелось бы. Где-то так.
Записан

Прощайте и Здравствуйте, люди добрыя!...
Станционный смотритель
Я новенький.
*
Offline

Сообщений: 25

слон


« Ответ #407 : Декабрь 05, 2019, 12:42:05 »

 Писать умеешь. Спасибо КольцовЪ за наводку на сайт. С удовольствием почитаю.
С уважением С.
Записан

1979 МФ 6 гр Сергей. А/к "UTair"
Страниц: [1] 2 3 ... 29
  Печать  
 
Перейти в:  

Powered by MySQL Powered by PHP Powered by SMF 1.1.21 | SMF © 2006, Simple Machines Valid XHTML 1.0! Valid CSS!
Страница сгенерирована за 0.28 секунд. Запросов: 20.